Во время последнего ежегодного форума «Globsec» в Братиславе, в котором приняли участие эксперты по вопросам внешней и внутренней безопасности, мнение о том, что Европа является цельным и неделимым организмом, разделялось далеко не всеми. Не смотря на это, ключевым условием будущей стабильности в Грузии является вхождение в состав Евро-Атлантического блока НАТО и ЕС. Согласно новому докладу Центра восточноевропейских исследований, начиная с 2012 г., когда коалиция «Грузинская Мечта» победила партию, возглавляемую на тот момент президентом Михаилом Саакашвили, реформы были приостановлены, начался застой, расцвели коррупция и кумовство, а конфликт между Грузией и Россией так и не был урегулирован.

Все вышеупомянутое лишь осложнило задачи, стоявшие перед Тиной Хидашели (Tinatin Khidasheli), которая была назначена министром обороны Грузии почти год назад. В интервью от 16 апреля она открыто рассказала об ожиданиях Грузии от саммита НАТО в июле 2016 г. в Варшаве, об отсутствии безопасности в регионе и об отношениях с Россией. Я приступила к интервью с ней с вопроса о саммите.

Джуди Демпси (Judy Dempsey): Что Грузия ожидает от саммита НАТО в Варшаве?

Тина Хидашели: Конечно, мы хотели бы стать членом НАТО. Грузия была лояльным и надежным партнером в то время, когда в сфере безопасности и обороны проводились значительные трансформации. В целом, я считаю, что эти три пункта – лояльность, надежность и трансформации – соответствует стандартам НАТО.

ДД: Давайте рассмотрим вопрос отсутствия безопасности на примере двух стран: Грузия и Украина. Повысился бы уровень безопасности в регионе, будь Грузия членом НАТО?

ТХ: Да, безусловно, это повысило бы уровень безопасности в регионе. Но что еще более важно, это ускорило бы демократические процессы в регионе, которые не менее важны, чем безопасность в современном мире.

ДД: Это, видимо, также послужило бы сигналом России.

: Это был бы сигнал всем. В данном случае – положительный сигнал. Мы всегда говорим, и действительно так считаем, что членство Грузии в НАТО и ЕС не было бы нацелено против кого-то. Это было бы ценно само по себе. И служило бы следующей цели: показать всем, что Грузии суждено стать членом европейской семьи. Стало бы очевидно, что подход к оценке стран объективен и беспристрастен. [Члены НАТО и ЕС] только преуспели, создав более безопасные условия жизни для людей и продвинувшись в вопросах развития общества.

ДД: Возможно идея Европы, цельной и свободной, ушла из повестки дня большинства стран-членов ЕС и НАТО. Как Вы к этому относитесь?

: С первого же дня, когда в 2012 г. в Грузии было избрано новое правительство, мы заявили о «стратегическом терпении».

ДД: А что, по сути, входит в это понятие?

: Это – наша политика безопасности. Мы не хотим, чтобы кто-то опять посмел вставлять нам палки в колеса. Жертвы в войне 2008 года были слишком многочисленны для такой небольшой страны. Грузия понесла людские потери и утратила часть своей территории. Продолжается активная оккупация 20-ти процентов страны. Вдобавок ко всему, война остановила развитие всей страны. Наш экономический рост был намного выше перед войной. Потребовалось продолжительное время, прежде чем мы набрали тот же темп. Наши интеграционные процессы активно развивались и прекратились вследствие войны. Война ввергла жителей страны в пессимизм и апатию.

Когда страна на подъеме, то и в людях больше энтузиазма. И как следствие, больше оптимизма. Они больше вкладываются и больше работают, потому что они осознают, что есть стабильность и что они могут работать, как и все нормальные люди. А когда приходит война, всё останавливается. Никто не знает, что произойдет дальше.

ДД: В НАТО всегда будут страны, которые заявят, что Грузия не может вступить в альянс, потому что у нее имеются неразрешенные территориальные конфликты.

: Конечно. Однако никто никогда не задавал этот вопрос в то время, когда Западная Германия вступала в НАТО [в 1955 г.], когда Германия была разделена на две части, и оккупационные силы находились по ту сторону Берлинской стены. Если кто-то ищет отговорки, и это – действительно только отговорки, а не реальное беспокойство, мы должны соответственно реагировать на подобное поведение.

Подробнее


X